Запасы нефти в западных странах оказались исчерпаны в результате войны с Ираном, заявил гендиректор крупнейшей в мире независимой нефтетрейдерской компании. По словам Рассела Харди, главы Vitol Group, дефицит топлива на рынках зимой, по всей видимости, сохранится. А сейчас к нему добавляется еще и дефицит танкеров, и логистические проблемы будут добавлять напряженности на рынке.

«На Западе больше нет запасов, которые можно было бы использовать», — заявил Харди на конференции Energy Intelligence Forum в Лондоне. Из-за энергетического кризиса «мы истощили все имевшиеся запасы», а без них «у нас есть этот сценарий с $200 за баррель, так что исключительно важно», чтобы восстановившиеся сейчас поставки из Персидского залива продолжались без перебоев, добавил он.

В понедельник генеральный директор Saudi Aramco Амин Нассер на той же конференции заявил, что запасы нефти в мире, которые помогают ему защититься от потрясений, «пугающе малы». По словам Нассера, перед началом войны с Ираном запасы нефти в мире (коммерческие и государственные стратегические) составляли около 10 млрд баррелей. Теперь они упали менее чем до 6 млрд, но практически из этого объема доступно лишь около 10% из-за различных технических ограничений.

По данным Международного энергетического агентства (МЭА), сокращение было не таким масштабным. С начала войны коммерческие запасы в мире сократились на 507 млн баррелей, что соответствует 2,8 млн в сутки. Причем в августе темпы падения ускорились (-95 млн баррелей, или 3,1 млн в сутки), так как из-за нехватки на рынке нефти и нефтепродуктов его участники были вынуждены осуществлять поставки из имеющихся запасов.

В течение войны они играли и продолжают играть ключевую роль в поддержании баланса на рынке, указывает МЭА:

В марте развитые страны при посредничестве МЭА договорились вывести на рынок 400 млн баррелей. Не все они в итоге были взяты из стратегических резервов, и в пятницу страны «большой семерки» решили добавить 100 млн баррелей дизеля, который оказался самым дефицитным топливом, и сырой нефти. В каких долях это будет сделано, не сообщалось. Харди назвал детали объявления «не вполне прозрачными».

Пока Ормузский пролив не будет полностью открыт и рынок не обретет уверенность, «суровая реальность такова, что давление на оба конца цепочки поставок будет усиливаться», предупредил Нассер: «Хотя доставка сырой нефти является серьезной проблемой, цены на нефтепродукты [из-за дефицита] выросли еще более резко».

«Этот конфликт начался с кризиса с сырой нефтью, – пояснил Харди. – Затем он перерос в кризис нефтепродуктов. Сейчас нефти с Ближнего Востока поступает больше, но нарастает кризис в сфере перевозок. Судов для них просто не хватает».

Вывоз нефти из Персидского залива сейчас организован таким образом. Одни танкеры курсируют через Ормузский пролив, прикрытые военными кораблями США, но все же подвергаясь иногда иранским обстрелам. В Оманском заливе их ожидают другие суда, на которые перегружается вывезенная нефть. Харди назвал этот метод «очень неэффективным», поскольку танкеры вынуждены простаивать в ожидании грузов по несколько дней или недель, что сокращает количество судов, доступных для работы в других регионах. Из-за этого ставки фрахта сильно выросли.