Время для перехода к так называемой мобилизационной модели экономики, об угрозе которого так много говорили, вроде бы подошло. Если уж режиму и браться за этот переход, то прямо сейчас.

«Выборы» пройдут, и помех не будет. 

Но признаков подготовки к перевороту нет. Если Путин его и планирует, то втайне от руководителей своего «экономического блока».

Справляются без переворота

Центральный банк обычным порядком выпустил ежегодный альманах «Направления бюджетной политики» с постоянным своим обещанием победить инфляцию в следующем году. А министр финансов Силуанов заверяет — и тоже как всегда, — что «никаких проблем нет… и все, что мы запланировали в бюджете, обеспечено ресурсами». То есть все спокойно работают.

Тут одно из трех. Либо Силуанов и Набиуллина вместе с прочими проводят специальную обманную операцию. Либо их всех ждет большой путинский сюрприз. Либо правитель считает, что с поставленными задачами они справляются и без переворота.

По-моему, более вероятно третье. 

Исполнение бюджета за 8 месяцев показывает, что дела по-прежнему неблестящи, но хуже не становятся.

Дефицит даже сократился на 0,7 трлн рублей и сейчас составляет очень большие, но уже становящиеся привычными 5,8 трлн рублей. Да, это объясняется поступлением в казну дивидендов (в основном от средств в ФНБ) на те же 0,7 трлн рублей. Но и без них дефицит не вырос бы. И Силуанову можно поверить, что бюджетную дыру он заткнет, пусть она и гораздо больше плана. 

Хотя нефтедоходов и недобрали (в прошлом году за те же 8 месяцев их было на 1 трлн больше), выручил рост поступлений по НДС на 2,4 трлн рублей. Повышение этого налога с 20% до 22%, так сказать, спасло доходную часть бюджета. 

И в совокупности бюджетные поступления получились лишь слегка ниже ожиданий. Проблемой очередной раз стали не доходы, а расходы. Они процентов на десять обгоняют план. Это и создало такой дефицит. Но даже и тут для путинских финансистов не все так плохо.

Осталось наскрести триллионы 

Конечно, Путин год назад безбожно обманул правительство — когда сочинялся финансовый план на 2026-й, пообещал не повышать военные траты. Госфинансисты очень об этом просили, уверяя, что экономике РФ надо дать передышку. На том и порешили. Пару месяцев спустя нацлидер, конечно, не удержался и приказал им все пересочинить и выдать на войну добавочных триллионов пять.

Но он ведь мог и не остановиться на этом. Однако, похоже, последние месяцы прошли без новых путинских импровизаций. А со старыми его технократы кое-как справились, хоть сначала ныли и хныкали.

А поскольку Путин пока не требует от них еще больше денег, экономические менеджеры режима (кроме Набиуллиной) слегка приободрились и сейчас стряпают бюджет на 2027-й, который должен быть вчерне готов к концу этого месяца.

Председательница ЦБ их бодрости, как можно понять, не разделяет, поскольку по причине всего упомянутого вынуждена сохранять сверхвысокую ключевую ставку и из-за этого быть в глазах путинской «элиты» виновницей всех бед экономики.

Контуры плана на 2027-й уже видны. Технократы добьются формального баланса расходов и доходов путем сокращения доли гражданских трат.

В третий раз фронтально повысить главные налоги, видимо, не рискнут. Будут наращивать мелкие поборы и резать льготы. Уменьшат «незащищенные» траты. Сократят льготную ипотеку. Более системно надавят на регионы. Им теперь навяжут среднесрочные программы бюджетного оздоровления и уже в 2027-м собираются сэкономить на них 0,8 трлн рублей.

Всеми этими мероприятиями, вместе взятыми, можно, пожалуй, наскрести для войны еще триллионов пять и одновременно сделать так, чтобы бюджетный дефицит был меньше нынешнего.

А чтобы не остаться без запасов на черный для режима день, решено защитить ФНБ от слишком быстрого расходования, снизив так называемую цену отсечения. Это означает, что средства станут оттуда изыматься, только если нефть совсем уж подешевеет. Иными словами, в случае бюджетных затруднений, на второстепенные (т. е. невоенные) нужды денег не окажется.

И искать их не будут.

Вооружившись этими правилами, путинские экономические менеджеры считают, что знают, как продержаться еще год. Дальше они всерьез не заглядывают. Но среди них есть слабое звено — Центробанк. 

Встряхнуть без радикализма

Постоянная задача ЦБ, «борьба с инфляцией», предписана все тем же Путиным. Все годы его власти она была его личным приоритетом. Но чем дольше идет война, тем дороже за эту «борьбу» и за сопутствующую ей высокую ставку приходится платить. В том числе общей стагнацией, а во многих отраслях — и спадом.

В этом году Путин начал подавать сигналы, что он по-прежнему против инфляции, но что ставку надо побыстрее снизить. По его же приказу следует выписывать на войну все новые и новые деньги, но подобное сочетание противоречит понятиям кадровых финансистов о том, что возможно, а что нет. Ведь где война, там и инфляция.

С этой оговоркой или без нее, но большинство гражданских капитанов путиномики готово и дальше служить и работать по рыночным правилам, не переходя на так называемую мобилизационную модель. Ее хочет меньшинство из них, и не факт, что знает, как организовать.

Легче вообразить какие-то менее радикальные шаги, способные, однако, встряхнуть руководящий слой. Скажем, смену премьера и части министров. 

В какой-то мере Михаил Мишустин в этом году вел себя неправильно. В начале года он, кажется, слишком настойчиво отговаривал вождя отдавать такие приказы, от которых расползается бюджет. Хоть это и не было бунтом, но если вдруг понадобится замена, то под рукой первый зампред Денис Мантуров.

Как друг близкого путинского друга, он роднее Мишустина, а как шеф ВПК, — логичнее его в военное время. На тех видеозаписях, которые доступны, вождь в последние месяцы гораздо чаще беседует с Мантуровым, чем с премьером.

Назначение Мантурова премьером — чистая игра ума. Но если вообразить такую кадровую перестановку, даже она вряд ли будет символизировать отказ от «рыночной экономики». Но смену приоритетов обозначит. В путинских правительствах менеджеры с бэкграундом собирателей и распределителей денег всегда до сих пор были главнее тех, кто их выпрашивает и тратит.

Мантуров никогда не собирал денег, как это делал Мишустин в бытность шефом налоговой службы. Он всегда их только получал и расходовал. Если он или кто-то похожий на него возглавит правительство, это почти автоматом разрешит спор, продолжать ли «борьбу с инфляцией». Отношение к инфляции само собой станет лояльнее, поскольку лояльнее станет отношение к тратам денег.

Грамотеи-просители 

Я тут не пытаюсь угадать фаворита. Если уж Путин и в самом деле готовит смену премьера, то это точно спецоперация и тайна. А вот чего он не скрывает, так это своих представлений о том, какой экономика РФ должна быть в идеале.

Отображением этих его грез выглядит доклад экспертов путинской администрации из центра «Третий Рим», составленный под присмотром Максима Орешкина, главного в администрации специалиста по экономике. И, разумеется, Орешкин не сделал бы карьеры, не будь он также и специалистом по настроениям своего шефа. 

Этот доклад — коллекция всего, что нравится Путину: ежегодный трехпроцентный рост, мудрая государственная машина, отдающая только толковые приказы, и сплошная «роботизация, искусственный интеллект, автономные системы и платформизация на фоне продолжающегося обеления экономики». И всюду будут понастроены такие объекты, как ВСМ «Москва – Петербург», занимающая почетное место в презентации в качестве любимой игрушки Путина.

Используя этот доклад как источник сведений о путинских предпочтениях, мы видим, во-первых, что мобилизации экономики в советском вкусе там нет. Напротив, сохранена рыночная система, а частный капитал, направляемый, конечно, начальством, развивает хозяйство на банковские вклады простонародья, которые ему пожалуют в качестве «длинных денег». 

А во-вторых,  под нынешней экономической моделью РФ, оказывается, пора подвести черту, и «начиная с 2027 г. российская экономика должна сделать не столько шаг вперед, сколько шаг вверх: перейти на новую траекторию развития, где экономический рост напрямую трансформируется в повышение благосостояния и качества жизни населения»

То есть автор этих разглагольствований, обобщенный Орешкин, запросто просит Путина дать ему должность начальника экономики и обещает справиться лучше, чем нынешние начальники. Видимо, тем, кто вокруг правителя, сейчас позволено обращаться к нему с такими просьбами.

***

На командном пункте российской экономики мы видим скорее междоусобицу лиц и кланов, чем подготовку к смене хозяйственной модели. Высший круг и его глава, скорее всего, не готовятся перевернуть вверх дном экономический порядок. По крайней мере, в короткой перспективе.

Та система, которая есть, продолжает давать им на войну столько средств, сколько они приказывают дать.