Надежды гендиректора «КамАЗа» Сергея Когогина в этом году выбраться из убытков тают на глазах: в первой половине года крупнейший российский производитель грузовиков смог лишь сократить потери. По итогам шести месяцев чистый убыток «КамАЗа» по МСФО составил 21,8 млрд руб., или на 29% меньше, чем годом ранее. В прошлом году «КамАЗа» получил 43 млрд руб. чистого убытка, а за два года со второй половины 2024 г. – 67 миллиардов, следует из его отчетности.

Компании не помогает ни повышение утильсбора, ни военный заказ, ни введенный в прошлом году запрет на поставки самых популярных китайских брендов. Все это перечеркивают замедление экономики и кризис на рынке грузовых перевозок.

«КамАЗ» в этом году не раскрывал данные о количестве проданных автомобилей. Около 80% рынка занимают тяжелые грузовики (HCV), а их за восемь месяцев в России, по данным «Автостата», продано 25,7 тыс. — на 16% меньше, чем год назад. Однако у «КамАЗа» значительная часть продаж приходится на оборонный заказ. В прошлом году продажи, о которых сообщала компания (38,4 тыс.), вдвое превысили регистрации ее продукции в ГИБДД (менее 20 тыс., включая автобусы, по данным «Автостата»).

Модели «КамАЗа» занимали самую большую долю во всех сегментах рынка HCV кроме фургонов (там лидер китайский Sitrak Homo с долей в 33%). Он смог существенно увеличить долю рынка в продажах седельных тягачей, самосвалов, коммунальной техники и особенно бортовых грузовиков (с 44% до 53%), следует из данных «Автостата». Вот только рынок сжался. Кризис на рынке грузовых перевозок продолжается и даже усиливается, говорил в августе вице-президент ассоциации «Российские автодилеры» Виталий Киселев.

Надежда появилась ближе к лету. Май—июль выдались для «КамАЗа» хорошими, как и для всего рынка, но в августе ситуация снова ухудшилась, отметил главный аналитик «Автостата» Дмитрий Ярыгин, подводя итоги месяца. В июне-июле продажи новых HCV приближались к прошлогодним. В середине лета казалось, что дела у автоконцерна налаживается — он даже вернулся к пятидневной рабочей неделе, отмечал в августе Киселев. Он тогда предполагал, что рынок отдает предпочтение продукции «КамАЗа» как более долговечной, и отмечал, что цена китайских грузовиков с пробегом падает сильнее, чем у «КамАЗа».

Но в августе продажи «КамАЗа» снова упали, на 12% год к году, до 1031 автомобиля, говорил Ярыгин. По данным «Автостата», продажи тяжелых грузовиков, где КамАЗ» лидирует с большим отрывом, в августе (2,7 тыс.) были на 27% ниже, чем год назад и на 23% ниже июльских, а средних (800 штук) – упали на 14% год к году и на 26% месяц к месяцу. Здесь «КамАЗ» второй после белорусского МАЗа.

Логистические компании отметили замедление рынка еще по итогам июля: объем грузоперевозок тогда вырос год к году всего на 1,9%, тогда как весной прибавлял 6-8%, сообщала компания «Аракс» по итогам опроса 350 компаний-грузоотправителей. Во многих сегментах рынок перешел к падению, отмечали логисты. После введения с 1 сентября обязательного электронного документооборота по всем грузоперевозкам, из этого бизнеса начали «отваливаться» частные водители, и сентябрь покажет, насколько серьезным будет провал на рынке, объяснял Киселев.

Падение спроса на грузовики заставляет компании сокращать производство. За январь-июль оно умешьшилось на 8,4% после падения на 32,6% в прошлом году. Спад производства – проявление общей тенденции, говорила профессор МГУ Наталья Зубаревич: «От металлорежущих станков до грузовиков, вагонов, тракторов, экскаваторов — гражданское машиностроение в серьезнейшем минусе. И растет, по данным Росстата, только то, что относится к продукции военно-промышленного комплекса».