Именно в Саксонии-Ангальт у АдГ впервые в истории есть шанс стать правящей партией. Кандидат в премьеры Ульрих Зигмунд представил дополнительную программу для первых 100 дней «правления», принятую на местном партсъезде в июле. Ее основу составляют 10 пунктов, которые партия, получив власть, обязуется реализовать в первую очередь.

Что содержат планы АдГ и насколько они могут быть реализуемы?

1. Выход из Государственного договора о телерадиовещании

АдГ предлагает расторжение землей базового соглашения, на основании которого финансируется общественно-правовое телевидение и радиовещание (в современном мире — и интернет-вещание) в стране.

Все жители ФРГ обязаны уплачивать ежемесячный сбор в размере 18,36 евро. Считается, что граждане, участвуя в софинансировании вещания, обеспечивают его объективность и независимость, как от политики, так и от крупного бизнеса, а также создают возможность изготовления некоммерческого просветительского контента. Земли, имеющие собственные телекомпании и объединенные рамочным договором, обладают весомым голосом во всех ключевых решениях, связанных с вещанием.

Эта модель подвергается критике по разным причинам, начиная от завышенных расходов (стоимость продукта и лицензий и зарплаты топ-менеджмента) до слишком большого количества местных телекомпаний, частых повторов в сетке вещания и несоответствия контент нынешним запросам. Экспертная комиссия разработала пакет мер с целью экономии средств и оптимизации вещания. К концу года из эфира исчезнут три телеканала, семь радиостанций, многие программы ожидает объединение.

В ультраправых кругах Германии эта модель традиционно нелюбима по другим причинам. Сбор на ТВ отрицается как «принудительный побор», а сама модель воспринимается в качестве «идеологической индоктринации» населения, где якобы допускается высказывание только «правильного» мнения, а «альтернативные точки зрения» подвергаются остракизму или вовсе не отражаются в телепередачах. Несмотря на то что политики от АдГ являются постоянными гостями рейтинговых ток-шоу на общественно-правовом телевидении ФРГ, партия выступает за отказ от нынешнего формата как такового, в соответствии с желанием своего электората и имиджем «преследуемой оппозиции».     

Теоретически земля может выйти из такого соглашения, так как подписание и расторжение договоров с федеральным центром и другими регионами находится в земельной компетенции. Однако на практике ситуация сложнее. У Саксонии-Ангальт общая телекомпания с Саксонией и Тюрингией. Даже если Магдебург расторгнет договор, вещание продолжится, да и само расторжение вступит в силу лишь спустя два года. Также есть вердикты Конституционного суда Германии, обязывающие земли участвовать в финансировании общественного вещания, а в случае отказа от существующего договора — обеспечить информационные программы для населения.

Таким образом, АдГ не выиграла бы тут ни идеологически, ни финансово, а земле скорее всего пересмотр существующих правил обошелся бы дороже.  

2. и 3. Ускоренная депортация иностранных граждан и трудовая повинность для соискателей убежища 

АдГ предлагает план турбодепортаций иностранцев, получивших отказ в прошении на убежище, фактически невзирая на гуманитарные и правовые причины, осложняющие этот процесс. Также партия желает перепрофилировать центр приема беженцев в городе Стендаль в закрытый депортационный центр тюремного типа. Для АдГ и ее электората это одна из базовых тем политической деятельности.

Вопросы въезда и пребывания иностранных граждан на территории Германии находятся исключительно в полномочиях федерации. Здесь земельные законодательные и исполнительные органы ничего не в состоянии поменять. Так как полиция находится в подчинении земли, региональное МВД может технически ускорить депортации, например, более эффективно и оперативно задерживая лиц, которые обязаны покинуть ФРГ, но уклоняются от этого. Случаи сознательного уклонения действительно фиксируются в каждом германском регионе.

Но подавляющее количество иностранцев, остающихся в Германии несмотря на решение о депортации, обладают официальным правом на отсрочку по гуманитарным соображениям (трудоустройство или обучение, болезнь, близкие родственники в Германии с видом на жительство, отсутствие возможности депортации в страны, где ведутся боевые действия). Также часть «уклонистов» не имеет паспортов либо страна исхода отказываются их принимать. Все это также регулируется национальным и международным правом. Перепрофилирование центра в Стендале возможно, но это потребует значительного времени и определенно не будет завершено в течение 100 дней.

«Принуждение к труду» как таковое напрямую запрещает Основной закон ФРГ (параграф 12). Если такое обязательство будет введено в отношении определенной группы (беженцы), последуют судебные иски, которые земельное правительство наверняка проиграет. Также эксперты и профильные чиновники выражают серьезное сомнение в целесообразности такой меры, даже если она не противоречила бы законам. Нынешнее законодательство предусматривает общественно-полезную деятельность получателей помощи, например, вспомогательные работы, за небольшое вознаграждение и с сохранением выплаты пособий. Бюрократические процессы по созданию таких рабочих мест, регулированию, контролю, проверке отсутствия юридических противоречий с «обычной» работой и оформлению между государственными, коммерческими и некоммерческими структурами зачастую стоит больше, чем эффект от такой деятельности.

4. Сокращение расходов на поддержку НКО и государственные программы

Здесь АдГ имеет в виду отказ от финансирования идеологически неприемлемых проектов в области борьбы с расизмом, правым экстремизмом, гомофобией, сексизмом и другими явлениями, а также меры по поддержке демократии и разоблачению фейк-ньюз. Партия давно называет такие расходы не только «бессмысленными», но и «вредными», «методом подавления оппозиции и инакомыслия».

Крупные общественные проекты, как правило, имеют смешанное финансирование. Основные средства поступают от федеральных и европейских фондов, в то время как земельные и муниципальные источники, а также поддержка частных организаций используются скорее в качестве дополнительного финансирования. Если на земельном уровне будет «перекрыт финансовый кран», это ударит в первую очередь по мелким, низовым проектам, проводимым небольшими НКО. Главные игроки останутся на плаву.

Большинство земельных программ рассчитано на несколько лет, поэтому остановить их в течение трех месяцев невозможно физически.

Ключевую роль в этом вопросе играет решение Конституционного суда, обязывающий госструктуры соблюдать принцип политического нейтралитета и равноправного отношения ко всем соискателям грантов. Безусловно, государство не готово финансировать любой общественный проект, далеко не все НКО соответствуют установленным критериям. Но, скажем, отказ в финансировании программы по борьбе с крайне правыми тенденциями в среде молодежи с одновременным выделением средств на поддержку немецкой культуры при прочих равных условиях будет обжалован в суде с предсказуемым результатом.

Для АдГ это имело бы обратный эффект: «идеологически близкие» начинания также пострадали бы.

5. Финансовая поддержка от государства в получении водительских прав проходящим профобучение и работающим на общественных началах

Странно, что столь «нишевый» вопрос был включен АдГ в топ-10 для первых 100 дней правления. Но это, пожалуй, единственный пункт, не вызывающий критики у противников «Альтернативы».

Необходимость в таком шаге действительно есть. Саксония-Ангальт заселена не только мало, но и неравномерно. Населенные пункты значительно удалены друг от друга, общественный транспорт есть не везде и в ряде случаев без своего автомобиля не обойтись. Юридических препятствий к введению субсидии нет. Земля утверждает собственный годовой бюджет и может внести в него различные льготы для отдельных групп населения, за исключением регулируемых на федеральном уровне, таких как пособия для инвалидов, пенсионеров, малоимущих или молодых родителей.

Основная проблема здесь финансового свойства. Саксония-Ангальт — одна из самых бедных земель в стране, ее бюджет ограничен, и для финансирования такого начинания нужно будет изыскать средства за счет сокращения других расходов.

6. Специальные классы для детей из семей соискателей убежища и охрана «проблемных школ»

Национальное и европейское законодательство предусматривает предоставление всем детям равного доступа к школьному образованию. Отбор по принципу вида на жительство в ФРГ был бы признан дискриминацией.

Сторонники АдГ утверждают, что предлагаемая партией модель служит лишь доработанным вариантом «приветственных классов», особой структуры в школе, где проходят первичное обучение дети, недостаточно владеющие немецким языком. Однако между двумя концепциями есть принципиальная разница. «Приветственные классы» изначально задумывались как временная мера, призванная стать переходным периодом для вступления в обычную школьную жизнь. С учетом того, что несовершеннолетние, как правило, быстро овладевают новым для них языком, в большинстве случаев пребывание в таких классах ограничивается одним годом. Также обучение в «приветственных классах» касается только тех предметов, где необходимо владение немецким языком. Остальное обучение, например уроки искусства или спорта, проводятся совместно.

Модель «спецклассов» предусматривает изоляцию одних ровесников от других, что заметно снижает для детей беженцев возможность и скорость обучения немецкому языку. Также АдГ оставляет без ответа вопрос, как она предлагает «поступать» с детьми из семей просителей убежища, родившимися в Германии и либо уже успевшими выучить немецкий язык. В этом случае селекция происходила бы исключительно по статусу пребывания в стране.

В ФРГ нет централизированной системы охраны школ. Ландтаг мог бы принять постановление о выделении средств на оплату работы частных охранных агентств, по запросу правительства, но это стоило бы земле значительные суммы, которые едва ли можно найти в бюджете. Также возникли бы трудности с аттестацией школы в качестве «проблемной», это не юридическое определение. Но даже если и тут было бы найдено решение, ситуация зашла бы в тупик. Представители частных охранных компаний не имеют право проверять документы и проводить личный обыск. Это прерогатива полиции.

Предложение установить постоянные полицейские посты в «проблемных» школах в условиях нехватки персонала не выдвигает «даже» АдГ.

7. Запрет демонстрации по решению госорганов символики ЛГБТ в школах и ежедневное поднятие государственного флага ФРГ

Такое начинание даже трудно комментировать, хотя оно, конечно, осуществимо в рамках земельных полномочий.

8. Изменение региональной рекламной пиар-компании с «думать по-современному» на «думать по-немецки»

Мотивы АдГ ясны: партия хотела бы подчеркнуть «немецкие корни» Саксонии-Ангальт, ее приверженность традициям и патриотизм. Однако смысл действующей кампании был совсем в другом. Средний возраст жителя земли 48 лет, самый высокий по стране. Население региона сокращается из года в год и к 2040 году, по прогнозам, опустится ниже двух миллионов человек при среднем возрасте 57 лет.

Цель серии пиар-акций был в репрезентации земли в качестве интересного современного региона для проживания, учебы, работы и инвестиций. Принадлежность земли Саксонии-Ангальт к Германии никто не ставит под сомнение. Это регион с наиболее низким количеством жителей без гражданства ФРГ (9%), причем большинство иностранцев составляют украинские беженцы, обладающие временным видом на жительство.

9. Сокращение числа министерств

Один из лозунгов АдГ — меньше бюрократии. С учетом высокой степени забюрократизированности многих процессов в стране такой призыв находит отклик у избирателя. К тому же простая логика понятна каждому: меньше чиновников, особенно высшего звена, означает меньше расходов на персонал.

Глава правительства земли имеет право уменьшить количество министерств и ведомств. Но есть ли в этом смысл? В настоящий момент в Саксонии-Ангальт восемь министерств, а в среднем по стране в землях 9-10 министерств. Большинство из министерств земли уже и так курируют не одно, а несколько направлений, например Минтруда, соцобеспечения и здравоохранения или Минэкономики, туризма, сельского хозяйства и лесных ресурсов.

Дальнейшее укрупнение едва ли выполнимо и вызвало бы огромную нагрузку на персонал при полном хаосе в распределении обязанностей, что завершилось бы, по сути, трансформацией министерства в ведомство под формально одной «крышей». АдГ заявляет о желании сократить «от одного до двух министерств», но вполне сознательно не называет конкретные.

Политики «Альтернативы» предпочитают говорить о «нежелательных» для них отраслях, таких как вопросы равноправия и защиты окружающей среды, но этими направлениями и так занимаются не отдельные министерства, а лишь отделы, интегрированные в существующие.

10. Создание следственной комиссии с целью изучения мер борьбы с пандемией коронавируса

Немалый процент избирателей АдГ составляют бывшие «корона-диссиденты», протестовавшие против мер борьбы с вирусом. Партия активно поддерживала корона-скептические настроения, но это было не всегда. В самом начале пандемии лидеры АдГ упрекали правительство Ангелы Меркель в бездействии и выражали возмущение, что в Германии по-прежнему проводятся массовые мероприятия, такие как футбольные матчи и концерты, в то время как в других европейских странах объявлены локдауны.

Услышав протест своих избирателей и осознав ошибку, АдГ изменила тактику. Поэтому «Альтернативе» вдвойне политически выгодно настаивать на создании подобной комиссии.

Критики упрекают партию в популизме и попытке отвлечь внимание от современных проблем. Подавляющая часть ограничений общественной жизни была отменена в Германии 4,5 года назад. Но если это столь необходимо, то для создания следственной комиссии АдГ не обязательно становиться правящей партией, а достаточно подать заявку от имени фракции. Так поступили однопартийцы в парламентах Гессена, Саксонии и Тюрингии, где такие комиссии созданы по требованию «Альтернативы».

Земельная комиссия привлечет значительные финансовые и персональные ресурсы, но ее выводы не будут иметь никакой юридической силы. Если, скажем, в 2030 году комиссия придет к выводу, что масочный режим можно было отменить на две недели раньше, чем это произошло в реальности, сей факт будет лишь зафиксирован в документах без всяких последствий. Иные полномочия у комиссии, уже работающей на федеральном уровне, в состав которой входят эксперты, медики, чиновники и депутаты Бундестага.

Ее задача — учесть совершенные ошибки и разработать новые протоколы на случай повторной пандемии, которые будут иметь практическое значение. 

Популизм и идеология

Можно предположить, что план для первых (гипотетических) 100 дней правления АдГ разочаровал даже часть ее сторонников. Ни один из 10 пунктов не посвящен экономике в широком понимании, от формирования бюджета до инфрастуктурных проектов в регионе и привлечения инвесторов, хотя именно это должно было стать основой программы оппозиционной партии в земле с одним из самых низких уровней дохода в стране и со стареющим населением. Вместо этого АдГ в Саксонии-Ангальт решило сосредоточиться на второстепенных мерах (флаги, рекламная имиджевая кампания, изучение мер по борьбе с давно завершившейся пандемией или целевая помощь для получения водительских прав), которые другие партии указывают в середине или конце полного текста перевыборной программы, а правительства обычно принимают рутинным росчерком пера.

Земельные выборы накладывают на их участников внятные ограничения: в фокусе местная политика, а выдвигать общефедеральные лозунги считается некорректным, ведь партия, даже получив большинство в ландтаге, будет вынуждена следовать законодательному распределению полномочий. АдГ в Саксонии-Ангальт не могла полностью избежать упоминания ключевых партийных тем, но и не рискнула открыто проводить федеральную кампанию в земле. Поэтому был выбран промежуточный вариант. Требования жесткого ограничения миграции получили первые строчки в списке, но авторы попытались их представить как инициативы, которые АдГ, «правящая» в Магдебурге, сможет реализовать на практике. «Детали» в виде ограничений практического и юридического характера, сводящие предложения почти на нет, АдГ предпочла оставить за скобками.