Пожар на топливном рынке, вызванный девальвацией, ростом цен на нефть и неуклюжей попыткой правительства сэкономить на компенсирующих выплатах нефтяникам, потушен. Но традиционная для России проблема дефицита дизеля зимой так и не решена. За год он подорожал на 10%, а разрыв его цены от бензина достиг рекорда.

Цены растут

Литр дизельного топлива в Москве в конце декабря можно было купить за 63 рубля. Примерно столько же (64,2 руб.) он стоит в среднем по стране. При этом самый ходовой бензин, Аи 95, стоит в Москве 56,2 рубля. Накануне войны, в феврале 2022 года, цены дизеля и бензина  были почти равны: 54 и 53 рубля, соответственно.

За год дизтопливо подорожало на 9,9% – чуть больше, чем  бензин (7,3%), который практически повторил инфляцию (7,4%), по данным Росстата. В отдельных регионах розничные цены колебались гораздо сильнее. Нынешний разрыв в цене – почти 7 рублей, или 12% в декабре – максимальный за всю историю.

Оптовые цены в течение года колебались еще больше. Они вообще меняются гораздо сильнее, чем розничные. В мелком опте с конца июля по середину августа дизтопливо дорожало в разных регионах на 40-70% и доходило до  120 000 руб. за тонну. На Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже, где нефтепереработчики должны продавать минимум  12,5% произведенного дизтоплива, оптовые цены также взлетели летом, а в сентябре летнее дизтопливо установило исторический рекорд (более 75 000 руб. за тонну), подорожав с начала года более чем в два раза. К октябрю оно подешевело на 20%, зато в ноябре на максимумах было зимнее дизтопливо, цена доходила до 75 590 руб. за тонну (рост на 20%).

«Розничные цены на топливо в России регулируются. Конечно, это не записано в законе, но де факто правительство договаривается с крупными компаниями, чтобы цены росли не больше, чем на официальную инфляцию, а лучше меньше – «инфляция минус», — говорит эксперт топливного рынка. Ны рынке доминируют сети нефтяных компаний – на них  приходится 40% заправок и более 70% продаваемого топлива, так что остальные АЗС вынуждены подстраиваться. «Независимые АЗС рискуют потерять объемы, если цена у них будет сильно выше», – объясняет собеседник The Moscow Times. Им приходится сложнее, поскольку вертикально интегрированные компании могут перераспределять доходность из одного звена цепочки в другой – зарабатывать то на рознице, то на переработке, то на нефтебазах.

Индикатор оптовых цен – биржа. «Оптовые цены все-таки стремятся к паритету с мировыми», – продолжает эксперт. Поэтому их колебания более значительные. Хотя правительство пытается влиять и на них – при помощи демпфера (он работает так: если на мировом рынке топливо дороже, чем в России, бюджет доплачивает нефтяникам за поставки на внутренний рынок, если дешевле, то, наоборот, уже нефтяники отчисляют в бюджет), экспортных пошлин. «Разница внутренних [оптовых] цен и экспортных альтернатив зависит от внешнего спроса, валютного курса и налогов, – объясняет собеседник The Moscow Times. – В 2023 году все объективные факторы были против топлива. Плюс сокращение  демпфера вывело ситуацию из-под контроля. Ведь это гарантия обеспечения договора с нефтяниками: вы держите цены, мы – компенсируем часть убытков».

Колебания оптовых цен на бирже не сразу передаются на рынок. «Топливо, которое вы купили на бирже, доедет до нефтебазы через месяц. А пока вы будете продавать то, которое купили раньше», – говорит эксперт топливного рынка. То есть маржа посредников постоянно меняется. Иногда она бывает огромной и кажется, что владельцы заправок зарабатывают неоправданно много, но порой оптовые цены выше розничных, и тогда они работают в убыток. Так было, например, во время топливного кризиса в этом году.

Дизеля не хватает

Дизеля в России производится в два раза больше, чем нужно внутреннему рынку. Но есть нюанс: России с ее климатом нужен разный дизель, и зимнего, способного выдержать температуру до -30 градусов, традиционно не хватает. Российские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) производят его меньше, чем требуется внутреннему рынку.

Нарастить выпуск зимнего дизтоплива не так просто, поскольку нужная фракция содержится в нефти в небольшом количестве. Кроме того, большинство мелких и средних НПЗ до войны не смогли купить дорогостоящее оборудование для производства качественного зимнего дизтоплива.

Запрет на экспорт тут не сработает, как осенью, когда власти боролись с топливным кризисом. «Половина всего произведенного топлива идет на экспорт. Но это летний и межсезонный дизель. Зимнее дизтопливо – не экспортная позиция, – объясняет эксперт топливного рынка. – Поэтому делать запасы и наращивать производство невыгодно». Если произвести слишком много зимнего топлива, его будет некуда девать, а цены упадут. Вот летом его и не производят, а стараются каждую зиму угадать спрос – тут возникают сложности с планированием.

Правительство каждый год призывает НПЗ увеличить выпуск зимнего дизтоплива и даже расписывает график выпуска по месяцам. Но проблема дефицита не решается. наоборот, в последние годы она усугубилась.

«Начали разбираться, а там высокие цены – на премиальное дизтопливо, а обычного там нет, которое должно стоить дешевле», – объяснял рост цен на заправках вице-премьер Александр Новак. Он жаловался на то, что некоторые АЗС манипулируют рынком, поскольку продают только брендированное топливо с приставкой «экто» или «евро».

Раньше чаще была другая картина – можно было купить вместо зимнего дизтоплива какую-нибудь смесь или блендинг, из керосина и летнего дизеля. Иначе при высоких оптовых ценах АЗС приходилось работать себе в убыток. Спрос удовлетворялся, цены снижались и даже периодически падали ниже цены бензина. Такое топливо делали мини-НПЗ или нефтебазы – им было это выгодно, поскольку смешивание производством не считали и получившуюся смесь не называли дизтопливом, поэтому продавали без акцизов. На самих АЗС тоже могли добавить присадки в летнее топливо и продавать как зимнее.

Так было, пока в ситуацию не вмешалось правительство, развернув борьбу с контрафактом. С января 2021 года суррогаты, произведенные не по стандартам, запретили называть зимним дизельным топливом. Осенью 2021 года было решено взимать акциз со смеси летнего топлива и авиакеросина, причем собрать его попытались сразу за три предыдущих года. «Производить такие смеси НПЗ стало просто невыгодно, эти объемы ушли с рынка», – отмечает эксперт рынка. Тогда дизтопливо подскочило в цене и с января 2022 года уже не уступало 95-му бензину.

Очередной скачок цен на дизель в рознице случился в ноябре 2022 года, когда на смену летнему топливу вновь пришло зимнее, а спрос подскочил из-за войны: военная техника тоже работает преимущественно на дизеле. А в этом году добавились неожиданные последствия борьбы правительства с устроенным им самим  топливным кризисом.

Чтобы ликвидировать дефицит топлива и остановить рост цен, в сентябре власти запретили экспорт бензина и дизеля . В стране возник избыток нефтепродуктов, хранилища были почти переполнены. В ноябре запрет на экспорт сняли, но зимнему дизелю пришлось ждать, пока в хранилищах освободится место. Из-за перезатаривания хранилищ летним топливом НПЗ в этом году позже перешли к производству зимнего, рассказывает топливный эксперт. В 2023 году, по подсчетам «Петромаркета», внутренний спрос на зимнее дизтопливо составит 18,4 млн тонн. И только на 90% он будет покрыт заводским производством, остальные 10% – все тем же суррогатом.

Еще одна причина более частых дефицитов доплива и скачков цен – перераспределение экспортных и импортных потоков из-за санкций. «Железнодорожная инфраструктура не справлялась. Раньше вы знали, что до вас топливо идет месяц, и исходя из этого делали запасы, то теперь оно может идти два, и у вас будет дефицит», – объясняет эксперт.